Вторая Империя

Вторая Империя или Новый полет Орла

1852 - 1870

В декабре 1848 г. французы впервые избирали нового президента республики по универсальному избирательному праву. Среди прочих кандидатов, на их голоса претендовал новичок в политической жизни: Луи-Наполеон Бонапарт, племянник Наполеона I и претендент на императорский трон. Без какой бы то ни было платформы, лишь за счет веса своего имени, принц был избран громадным большинством. Крестьяне и рабочие всеми массами голосовали за него. " Journal des Débats " так прокомментирует этот результат: "Мы не знаем, какую большую дань принести славе… Личность не была хорошо известна, говорило лишь имя. Имени было достаточно."

Президент приносит клятву на верность Республике, которая, как он считает, не проживет долго. Для него единственным демократическим режимом для Франции кажется лишь Империя. Он стремится к тайной цели с убежденностью человека, который верит, что его судьбой руководит само провидение. Это действительно правда, что он всюду носит с собой письмо Наполеона к его матери, в котором Император написал: "Я надеюсь, что он вырастет достойным той судьбы, которая ожидает его". Но Конституция 1848 г. запрещает ему оставаться на второй срок. Тем не менее, Луи Наполеон культивирует свою популярность. Он любым путем пытается найти способ быть переизбранным. 2 декабря 1851 г., совершив переворот, он устраняет существующее препятствие с согласия большей части электората. Конституция 24 января 1852 г. вводит во Франции диктаторский режим. Также, как 2 декабря заставляет вспомнить о 18 брюмера, новая десятилетняя Республика отражает Консулат. Остановится ли здесь повторение прошлого? Уже в начале февраля 1852 г. никто не сомневается, что Империя вернется. Принц-Президент отправляется в тур по провинциальной Франции, чтобы получить представление об общественном мнении. Всюду, где он проезжает, слышны крики "Vive l'Empereur!". В Линней, куда он прибыл на открытие памятника Наполеону, он отвечает толпам, восхваляющим его: "Император был посредником между двумя враждебными столетиями; он убил старый режим, но восстановил все лучшие качества того режима; он убил революционный дух, но с триумфом распространил все достижения Революции… Ваш крик - это память, которая трогает мое сердце гораздо больше, чем надежда, питающая мое эго."

9 октября, в Бордо, Луи-Наполеон делает следующий шаг. На банкете в Торговой палате он показывает себя окончательно убедившимся человеком. Его речь обращена к соотечественникам, но также предназначена и для иностранных правительств. "Дабы обеспечить процветание страны", - говорит он, - "нет необходимости внедрять новые системы, но прежде всего следует подарить веру в настоящую и безопасность в будущем. Вот почему, кажется, Франция стремится к Империи… Некоторые неверующие думают: Империя означает войну; я говорю: Империя означает мир."

Северные дворы (Лондон, Вена, Берлин, Санкт-Петербург) весьма обеспокоены тем, что принц-президент движется к императорскому трону. Они боятся, что Франция, снова превратившись в Империю, возвратится к агрессивной политике Наполеона и таким образом нарушит европейский порядок. Власть предержащие, гаранты договоров 1815 г., должны защищать общий мир. Вена любыми средствами хочет избежать появления второй империи, которая столь открыто пустила корни в первую. Приказы, отданные австрийским канцлером послу в Париже, ясны: никакого титула Наполеона III, никакого Дня Наполеона по 15 августа, никакого изображения Наполеона I на кресте Почетного Легиона. "Зачем". - спрашивает он, - "заставлять Европу праздновать ненавистный день? 15 августа - не день Луи-Наполеона, и не день его дяди; это - день рождения человека, который терзал Европу и был сослан… Зачем просить нас носить изображения бывшего императора на наших грудях? Пусть установится новый порядок. Может быть, он будет менее великим в глазах Франции; но иностранец, по крайней мере, должен принять его без смущения и без позора". Несмотря на это, Луи-Наполеон продолжает. Добившись своей цели, он не собирается позволить иностранным дворам диктовать свою волю. Он слишком горд быть наследником, продолжателем династии Наполеона I, чтобы отказаться от эмблем, которые ясно и недвусмысленно указывают на его наследственность и легитимность. 10 мая 1852 г. он председательствует на распределении орлов среди армейских полковников; 15 августа в церкви Мадлен исполнены высокая месса и "Te Deum". Впервые празднуется День Наполеона, в присутствии конституционных властей и дипломатического корпуса в официальном одеянии. Церемония заканчивается громадным фейерверком, изображающим Наполеона на перевале Сен-Бернар. Бес конца громыхают пушки Инвалидов.

1 декабря 1852 г. Билло, председатель Законодательной палаты, вручает Луи-Наполеону результаты плебисцита 21 ноября. "Сир", - возвещает он, - "Франция полностью отдает Вам себя." Действительно, большинством голосом французы наделили его императорским саном. Новый Император умно отвечает: "Я не только признаю правительства, предшествовавшие мне, но я также наследую их хорошие или плохие деяния… Мое правление не восходит к 1815 г., оно восходит к тому моменту, когда вы сообщили мне о желании народа… Помогите же мне, сиры, утвердить стабильное правительство, основывающееся на религии, честности, справедливости и любви к непривилегированным классам". 2 декабря 1852 г. публикуется указ, провозглашающий Империю.

Луи-Наполеон, признающий недолго существовавший титул Наполеона II в 1815 г., принимает имя Наполеона III. Королева Виктория достаточно мудра, чтобы посоветовать своему премьер-министру не вступать в склоку с Францией из-за фигуры, которая, в конце концов, лишь выражает национальную гордость. В мозгу Императора мерцает даже смутная идея быть коронованным в Париже 15 августа римским папой, как его дядя. Переговоры с Римом проваливаются. Пий IX отказывается, потому что после этого ему нужно ехать и короновать всех суверенов. Он объясняет, что ситуация отлична от той, которая была в случае с Наполеоном I; тогда это было освящением новой династии. Возражения папы закрывают тему. План оставлен.

Наполеон III копирует многие из традиций Первой империи. Он снова вводит этикет в Тюильри. Дома Императора и Императрицы Императрица Евгенияи организованы, как у Наполеона и Жозефины. Восстановлен ранг императорской семьи, и вместе с ним, внутренние споры за престолонаследие.

Прежде всего племянник показывает себя учеником. Он провозглашает, что его политическая доктрина имеет корни в идеях Наполеона I. Он провозглашает, что будет духовным наследником основателя династии. Для этого 7 сентября 1854 г. Наполеон III назначает комиссию, ответственную за сбор, координацию и публикацию переписки Наполеона I. Цель этого явно идеологического предприятия - проникнуть в намерения Императора и понять те глобальные проекты, которые он не успел завершить. После нескольких лет интенсивного труда комиссия, в дальнейшем возглавляемая принцем Наполеоном, в 1869 г. завершает свою миссию. Она получает тридцать два тома. "Только у Наполеона III", - объявляет затем принц Наполеон, - "появилась идея, происходившая прямо из сердца, создания бессмертного монумента памяти его дяди путем публикации этой переписки". К столетию рождения Наполеона работа окончена.

Август 1869 г. Корсика собирается отметить событие. Наполеон III, ослабленный болезнью, отказывается от мысли совершить путешествие. Императрица отправляется одна вместе с принцем Наполеоном. Эта годовщина и празднества должны были обозначить вершину Второй Империи. На самом деле, они обозначили ее скорое падение. Власти острова ограничились уважительным оптимизмом. Епископ Аяччо не нашел достаточно сильных слов для наследника трона: "Вы призваны", - сказал он, - "продолжить линию династии, которая с самого начала продемонстрировала величие, но встретилась со множеством забот (…) Да благословят вас небеса и оградят от жестоких уроков невзгод! Да даруют вам небеса долгую и счастливую жизнь… во славу великого народа, который возлагает на вас свои надежды." Но всего через каких-то тринадцать месяцев бурный вихрь войны 1870 г. пронесется по Франции и сметет Вторую империю в пропасть истории.

  • Карта сайта